ДНЕВНИК ИСКУССТВ

На концерте Арама Хачатуряна

(Заметки слушателя)

Дружеский интерес к яркому таланту Арама Хачатуряна возник у ленинградской музыкальной общественности давно—пожалуй, с первых шагов тогда ещё молодого композитора. Вскоре после написания ленинградцы слушали и первую симфонию, и скрипичный, и фортепианный концерты, и превосходную поэму о Сталине А. Хачатуряна.

Только что состоявшийся концерт, целиком посвящённый творчеству Хачатуряна, дал ленинградским слушателям возможность познакомиться с композитором более полно и глубоко. Особый интерес вызвала вторая симфония, написанная в годы войны, впервые исполнявшаяся в Ленинграде. Симфония имела заслуженный успех. Я не берусь давать детальный и специальный разбор такого сложного произведения, как симфония, — это дело музыкантов-профессионалов. Меня, как и других слушателей, симфония порадовала глубиной и зрелостью мастерства, свободой и остротой мыслей, силой и свежестью чувства. В ней обнаруживается яркая индивидуальность таланта автора. Содержание симфонии близко и родственно каждому, потому что выражает духовный мир советского человека, прошедшего через испытания, горе и радости Отечественной войны.

Вторая симфония показала, что дарование Арама Хачатуряна за годы войны достигло своей зрелости, внутренне обогатилось и раскрывается с той непринуждённостью, которая даётся только мастерам, в совершенстве владеющим техникой и потому подчиняющим её без труда всем особенностям своей творческой индивидуальности. Оркестр Филармонии под управлением дирижёра Гаука со свойственным этому коллективу искусством донёс до слушателей всё богатство и очарование симфонии, справедливо разделив с автором её успех.

Творчество Хачатуряна, родившееся на музыкальной почве далёкой Армении, близко всем советским людям. С понятным интересом ожидали мы второго отделения, в котором предстояло прослушать уже знакомые нам произведения — концерт для рояля с оркестром и танцевальную сюиту «Гаянэ».

Слушали по-новому, так как восприятие музыки и всего, что она пробуждает и раскрывает в человеке, стало за время войны острее. Сегодняшний слушатель многое пережил и передумал. Он очень восприимчив к подлинному чувству и остаётся холоден к бездушной красивости, даже к виртуозности, если она не освещена мыслью и чувством. Но в этот вечер нельзя было остаться холодным. Фортепианный концерт, блестяще исполненный Львом Обориным, выдержал проверку суровым временем и, быть может, ещё сильнее, чем перед войной, захватил и покорил слушателей. Танцевальная сюита, полная блеска и обаяния, с виртуозным «Танцем с саблями» и заключительной русской пляской закончила разнообразную программу.

Обширная программа, прослушанная с неослабевающим вниманием, дала возможность охватить творчество композитора в целом. Оно впитало в себя армянские народные мелодии и дух народа. Но творчество это гораздо шире национальных рамок. Оно питается всей мировой музыкальной культурой и, в свою очередь, двигает вперёд эту культуру. Оно выражает духовный мир, чувства и жизнь советского многонационального народа. Когда думаешь о наиболее характерных чертах его творчества, прежде всего хочется сказать о здоровой, полнокровной любви к жизни и могучей мужественной силе, которыми насыщена музыка Хачатуряна. При всей своей технической сложности эта музыка самобытна и народна. В ней искрится и потрясает темперамент смелого и свободного, ничем не связанного человека. В ней живёт умная, дерзкая, знающая уверенность в будущем молодость нашей советской родины. И поэтому оригинальность таланта никогда не переходит в изысканность и оригинальничание, ибо они чужды всему духу композитора, одного из наиболее ярких выразителей и творцов советской музыкальной культуры.

Вот почему нам так близко и родственно творчество Арама Хачатуряна. Вот почему его авторский концерт доставил всем слушателям такое наслаждение и удовлетворение.

Вера Кетлинская