Вечер русской поэзии

Литературный концерт Антона Шварца

Последний литературный концерт мастера художественного слова Антона Шварца был составлен по принципу антологии. В него вошли стихотворения выдающихся русских поэтов от Державина до Маяковского.

Подавляющее большинство этих стихотворений знает наизусть еще со школьной скамьи каждый культурный советский человек. Заслуга Антона Шварца в первую очередь заключается в том, что он возвращает нам свежесть восприятия даже самых популярных произведений. Читая такие стихи, как «Погасло дневное светило», «Весы», «Деревня» Пушкина, «Бородино», «Дума» Лермонтова, «На железной дороге», «Незнакомка» Блока, «Юбилейное», «Сергею Есенину» Маяковского, Шварц как бы снимает с них «хрестоматийный глянец».

И при этом — что очень важно — свежесть подачи текста не имеет ничего общего с формалистическим стремлением к оригинальности. Ключ к раскрытию того или иного стихотворения Антон Шварц всегда старается найти в самом стихотворении.

Очень просто, без «грозного витийства», как это обычно принято, читает он «Деревню». По-иному, с нарастающим внутренним пафосом и политической страстностью, исполняется им другое стихотворение Пушкина «Клеветникам России».

Ясность мысли, четкость и лаконичность поэтического выражения, жизнелюбие — эти отличительные особенности Пушкинского гения Антон Шварц умеет передать слушателю. Скованный строгой внутренней гармонией пушкинский стих звучит призывно и одухотворенно.

Поэзия Пушкина ближе всего внутреннему мироощущению Антона Шварца. Именно в поэзии Пушкина раскрывается все многообразие выразительных средств чтеца. Вот почему и при исполнении Лермонтова, Некрасова, Блока легко можно было подслушать пушкинскую интонацию.

Обособленными оказались в концерте только произведения Державина. Исполнение их несколько нарушило тематическую органичность всего цикла. Неудачным следует признать прежде всего выбор самих стихотворений. Наиболее реалистические из них, а именно те, в которых Державин является в какой-то мере предтечей Пушкина, выпали из поля зрения Антона Шварца.

Читая, например, стихотворение «Персей н Андромеда», Шварц впадает в риторику, пафос его начинает звучать ложно. Это и понятно, если учесть, что поэтические образы здесь отвлеченные, и построено все от начала до конца на аллегориях.

Не случайно, чтобы быть понятным аудитории, Шварц вынужден был прибегать перед чтением стихов Державина к собственным довольно пространным комментариям.

С. Осовцов