«Невское время», 22 января 2000

По праву призвания

Маэстро Николай Алексеев пользуется у питерских меломанов давним признанием. Оно лишено сенсационности, кликушества, коими окрашена привязанность околомузыкальной публики к некоторым дирижерским именам. Алексееву верят – его артистизм, вкус, мастерство гарантируют слушателю подлинное художественное переживание. Только что Алексеев появился за пультом в новом качестве – штатного дирижера заслуженного коллектива России Академического симфонического оркестра Филармонии.

Николай Геннадьевич – коренной петербуржец. Музыкальное образование получил в Училище Капеллы и Консерватории – у Авенира Михайлова как хоровой дирижер, у Арвида и Мариса Янсонсов как симфонический. Стажировался в Кировском театре у Юрия Темирканова. Возглавлял симфонические коллективы в Ульяновске и Загребе, а в последние годы руководит в Москве оркестром радио и телевидения, с которым недавно совершил успешное турне по Соединенным Штатам. Назначенный ныне по рекомендации Темирканова и художественного совета ЗКР вторым дирижером нашего знаменитейшего оркестра, справедливо счел эту должность более почетной, нежели пост главы других оркестров. Издавна в ней пребывали мастера мирового класса – Курт Зандерлинг, в течение полувека – династия Янсонсов.

Исполнив в последнем своем концерте Девятую симфонию Малера, Алексеев подтвердил справедливость осуществленного филармонистами выбора. Это последнее творение великого австрийца (Десятая симфония осталась незавершенной) наполняет, по словам исследователя Малера И. А. Барсовой, «одна мысль, одно чувство – прощание с жизнью и безграничная, все возрастающая любовь к ней». Грандиозность Девятой – она длится более часа с четвертью, задействован огромный инструментальный состав – отпугивает интерпретаторов. Заключенные в ней эмоции исполнены такой стихийной силы, что подавляют иных дирижеров и публику. Алексеев ни на миг не дал мятежной стихийности музыки одержать верх над собой. Мужественный, сконцентрированный, он повелевал страстями. Их сдерживали ежесекундный интеллектуальный контроль, точный расчет. Соблюдены были баланс целого и деталей во времени, соотношение оркестровых групп и отдельных инструментальных голосов. Притом звучание было отнюдь не жестким – напротив, трепетным, особенно в заключительном adagio, где царит великая и просветленная грусть. Алексеев, как оказалось, владеет столь необходимым для произнесения малеровской музыкальной фразы искусством rubato, умением едва заметно ускорять и замедлять темп, отчего возникает дивный эффект живого дыхания.

Сложнейшее сочинение было исполнено с двух репетиций, что свидетельствует о мобильности и воле дирижера, но для оркестра подготовительная работа должна бы быть более длительной – шероховатости оказались неизбежными. Надо думать, став его постоянным дирижером, Алексеев сумеет спланировать репетиции в нужном количестве.

В этот вечер маэстро продемонстрировал также дар чутко слышать и сопровождать солиста, о коем разговор особый. Скрипач Юлиан Рахлин, хотя и не родственник знаменитого дирижера, –потомственный музыкант. Его родители, в свое время окончившие Ленинградскую консерваторию, в 1978 году, когда Юлику было два года, перебрались из Вильнюса, где они жили, в Вену. Здесь с шести лет он начал заниматься у известного профессора, бывшего москвича Бориса Кушнира. В 12 лет, победив на конкурсе Интервидения в Амстердаме, стал регулярно выступать и ныне входит в элиту концертирующих скрипачей. Концерт № 3 Моцарта он сыграл изысканно просто, пленительным звуком, с тонким ощущением венского стиля этой музыки, изящно и благородно.

Через день он вместе с блистательным пианистом из Израиля Итамаром Голаном (который также ребенком был увезен из Вильнюса) сыграл камерную программу, что называется, на публику, в Малом зале Филармонии. Такой романтической порывистости, такой всесокрушающей виртуозности, такой ансамблевой стройности давно не слышала аудитория, которая по окончании концерта стоя приветствовала молодых артистов. Это было фантастическое музицирование, и мне жаль тех, кто не был в концертном зале.

Михаил Бялик