Кулиев Кайсын Шуваевич – балкарский поэт.

«Век наш был суровым, и многим из его детей не всегда жилось легко», – напишет Кайсын Кулиев в статье об одном из своих коллег и сверстников. Суровый век прошелся и по его судьбе.

Он родился в горном ауле, куда и добраться то можно лишь по узкой тропке. В роду отца (он умер от тифа, когда Кайсын был совсем ребенком) были охотники, в роду матери – земледельцы.

«Детство до сих пор приходит ко мне во сне с лошадьми, мулами и осликами. Поэтому они так часто встречаются в моих книгах. Горные мальчики, едва начав ходить, просили посадить их на ослика. С этого начиналась их самостоятельная жизнь. Так было и со мной», – вспоминал Кулиев.

Никаких книг, чтения на ночь – ничего этого не случилось в его раннем детстве, никто из родни и грамоты не знал. Впервые напечатанный текст Кулиев увидит в 9 лет, когда его приведут в школу в соседнем ауле. Через год он напишет первые стихи.

Учиться дальше Кулиев едет в Москву. Поступает во ВГИК, хотя артистом быть не собирается, параллельно посещает лекции в Литературном институте имени Горького. Вернувшись в Нальчик, преподает литературу в педагогическом институте, издает стихи, в 1940-м вступает в Союз писателей. Начало войны он встретит в десантных войсках, куда попадает еще как солдат срочной службы. С первых дней участвует в боях, проявляя невероятное мужество, но в то же время, ужасаясь новым реалиям:

«Перед войной мы пели слишком самоуверенные песни. Но авторы их, видимо, плохо представляли себе настоящую войну».

От мрачных мыслей спасет чтение Лермонтова, томик которого Кулиев всегда носил с собой. Пишет он и сам. Его переводят, печатают в газетах и передают по радио. Талант Кулиева, столь очевидный, находил поклонников и среди коллег. Ему много помогали. Симонов, Твардовский, Александр Фадеев, который вызвал Кулиева, пережившего ранение и долгое лечение в госпитале, в Москву, устроил творческие вечера поэта, предложил помощь в демобилизации. В поэтических вечерах Кулиев выступил. От демобилизации отказался. Отправился обратно на фронт корреспондентом, но, нарушая приказы редактора, чаще участвовал в боях, чем собирал материал для репортажей, снова был ранен, награжден за храбрость, снова отозван в Москву.

На сей раз принимал поэта Николай Тихонов. Ситуация 1944 года разительно отличалась от первых месяцев войны: все родные Кулиева, включая мать, были сосланы в Среднюю Азию в ходе депортации балкарцев. Тихонов добьется для него права жить в любых городах страны, кроме Ленинграда и Москвы. Но, как и Фадеев в 1941-м, получит слова благодарности и отказ: Кулиев поедет «к своим» в Киргизию.

Был еще один поэт, о поддержке которого, возможно, не столь явной, Кайсын Кулиев всегда помнил. В Бишкек из Переделкино ему приходят письма Бориса Пастернака. В одном из них Борис Леонидович пишет:

«Дорогой Кайсын, Вы из тех немногих, которых природа создает, чтобы они были счастливы в любом положении, даже в горе. …Прирождённый талант есть детская модель вселенной, заложенная с малых лет в ваше сердце, школьное пособие для постижения мира изнутри с его лучшей и ошеломляющей стороны. … Одарённый человек знает, как много выигрывает…»

Позднее Кулиев скажет в «Автобиографии»:

«Я не мог думать, что Пастернак примет такое участие в моей судьбе. А он писал мне, присылал книги с такими автографами, которые мог делать только он один. В своих письмах он учил меня чести и достоинству. Я постоянно чувствовал на своем плече его руку. Его голос доходил до меня в моей среднеазиатской дали, был опорой и поддержкой. Я хорошо знал и понимал благородные традиции русской интеллигенции поддерживать представителей культуры малочисленных народов. Если я продолжал учиться писать и вынес многие тяготы, то в этом огромная доля стараний Бориса Пастернака».

«Быть счастливым в любом положении, даже в горе» Кулиеву, пожалуй, удавалось. Еще в Киргизии он много работает, публикуется и готовит стихи к изданию. В 1956-м получает возможность вернуться на родину. В 1960–1970-е его сборники выходят один за другим, в 1977-м на полках появится трехтомное собрание сочинений Кайсына Кулиева. Кроме стихов он издает и книгу публицистики «Так растет и дерево» и автобиографическую повесть о детстве «Скачи, мой ослик!»

В Большом зале Ленинградской филармонии Кайсын Кулиев осенью 1976-го принял участие в юбилейном вечере одного из многочисленных переводчиков своих стихов – Михаила Дудина. Спустя полтора года, 26 января 1978-го, здесь, в Филармонии, творческим вечером отмечали 60-летие самого Кайсына Кулиева.

О. Р.