Лиснянская Инна Львовна – поэт, жена Семена Липкина.

В книге «Хвастунья. Вспоминательная проза» Инна Лиснянская признается: «У меня специальной профессии нет, всю жизнь одно сплошное хобби – стихоплетство». Учиться «на поэта» она отказалась сама. Когда ее друзья по бакинской школе (здесь, в Баку, Лиснянская родилась и выросла) отослали на конкурс в Литературный институт ее ранние стихи, то сам Николай Тихонов уговаривал Инну приехать и сдать экзамены, уверяя, что творческий конкурс она уже прошла. Лиснянская не захочет. В Москву переедет позднее, в 1960-м, уже выпустив в Баку первый авторский сборник и переводы азербайджанской поэзии.

Гораздо позднее, в преклонном возрасте она напишет:

«Душою доросла я до безлюдности,
Дошла я до такого рубежа,
Когда биографические трудности
Не стоят в самом деле ни гроша».

«Биографических трудностей» будет немало. «Разгром» в печати слишком «несоветских» стихов, проблемы после публикации в неподцензурном альманахе «Метрополь» (1979), после чего Лиснянская вместе со своим мужем, поэтом Семеном Липкиным демонстративно вышли из Союза писателей: их самих исключать не собирались, но выгнали из организации самых молодых, а значит самых беззащитных в той ситуации Виктора Ерофеева и Евгения Попова, а чувство справедливости всегда было тем «маркером», по которому Лиснянская различала среди пестрой литературной братии «своих» и «чужих». После «Метрополя» будут долгие годы публикации только в «тамиздате» – Нью-Йорке, Париже. Потом придет перестройка, возвращение к читателю внутри страны, публикации, награды, премии. Лирическая героиня Лиснянской этот внешний сюжет «биографических трудностей» словно игнорирует. Хотя реалии жизни – от капающего крана на кухне до появления в доме компьютера, в ее стихи легко проникают. Наряду с размышлениями о Боге, судьбе, любви, рядом с бабочками, птицами, коих так много пролетает в строках ее сборников. Удивительна формулировка, с которой ей в 1999-м присудили премию Александра Солженицына – «За прозрачную глубину стихотворного русского слова и многолетне явленную в нём поэзию сострадания». И точно: в России чаще поэты «жгли сердца», чем «сострадали». Лиснянская заняла эту нишу.

В Большом зале она выступала лишь однажды, в юбилейном вечере балкарского поэта Кайсына Кулиева (как и все не публикующиеся литераторы, Лиснянская зарабатывала на жизнь переводами). В том же вечере принимал участие Липкин. В 1989-м они вместе отправятся в Америку на торжества, посвященные 100-летию со дня рождения Ахматовой: Липкин Анну Андреевну знал лично, Лиснянская была автором книги об Ахматовой, Цветаевой и русской поэзии XX века «Шкатулка с тройным дном». Ахматовский вечер в июне 1989-го прошел и в Большом зале Ленинградской филармонии. Но Инну Лиснянскую в отличие от ее мужа в программу тогда не пригласили.

После смерти Семена Липкина она перебралась в Израиль к дочери от первого брака, писательнице Наталье Макаровой. Стихи писала до самого конца.

О. Р.